Диоксин

01

Сейчас дубрава в городке Севезо, расположенном в северной части Италии, ничем не отличается от многих других городских и пригородных лесопарков. Однако она стоит на месте одной из самых известных экологических катастроф в новейшей истории Европы.

Более четырёх десятков лет назад произошёл взрыв на химическом заводе Icmesa швейцарской фирмы Hoffmann-La Roche, расположенном около Севезо в небольшом городке Меда. 10 июля 1976 года ошибка в системе остановки химического реактора, в котором шло производство 2,4,5-трихлорфенола – интермедиата в синтезе дезинфицирующего средства, привела к перегреву реактора и протеканию в нем быстрых неконтролируемых химических процессов, в основном – реакций разложения.

02

Авария привела к тому, что защитный клапан реактора сорвало, тонны химических веществ попали в атмосферу и, ведомые ветрами, начали свой полёт к Севезо. Как потом показали оценки, в вырвавшемся на свободу химическом облаке содержалось около килограмма 2,3,7,8-тетрахлордибензо-п-диоксина, более известного как просто «диоксин».

03

Непосредственно во время аварии и выброса власти и представители сил гражданской обороны не могли точно знать, какое влияние это вещество, которое в качестве примеси также присутствовало и в печально известном дефолианте «эйджент орандж», сможет оказать на экологическую систему Севезо. Вскоре они получили ответ, который нельзя было назвать радостным.

В течение пары дней после аварии в Севезо начался массовый падеж домашней и дикой птицы, затем начали умирать более крупные животные, все растения покрылись белыми пятнами. Фермеров быстро проинструктировали уничтожить скот, чтобы диоксин не начал передаваться по пищевым цепям и аккумулироваться (как и ДДТ он жирорастворим), под нож пошли тысячи голов скота, трупы которых сжигали.

Через месяц после происшествия у многих людей, попавших под «облако» (по разным источникам – от 500 до 1000) началось заболевание, известное под названием хлоракне – угреподобное поражение кожи, возникающее после длительного контакта с хлорированными углеводами. На коже появлялись папулы и множественные пустулы с черными головками в центре. Власти реагировали медленно – работу завода остановили только через два-три дня после аварии, а эвакуация жителей Меды и Севезо началась только через месяц после инцидента. Местные больницы должны были следить за состоянием всех жителей, попавших под ядовитое облако, даже если у них не проявлялись какие-либо симптомы – в то время практически ничего не было известно о токсичности диоксина и том, какое долгосрочное влияние он может оказывать на здоровье. Из-за неопределенности на время диоксинового кризиса правительство Италии даже отложило рассмотрение законопроекта о запрете абортов.

Диоксин даже в относительно малых дозах поражает практически все формы живой материи — от бактерий до теплокровных. Токсичность диоксина в случае простейших организмов обусловлена, по-видимому, нарушением функций металлоферментов, с которыми он образует прочные комплексы. Значительно сложнее происходит поражение диоксином теплокровных организмов. Там диоксин первоначально попадает в жировые ткани, а затем перераспределяется, накапливаясь преимущественно в печени, затем в тимусе и других органах. Его разрушение в организме незначительно: он выводится в основном неизменным, в виде комплексов неустановленной пока природы. Период полувыведения колеблется от нескольких десятков дней (мышь) до года и более (приматы) и обычно возрастает при медленном поступлении в организм. С повышением удерживаемости в организме и избирательного накопления в печени чувствительность особей к диоксину возрастает.

При остром отравлении животных наблюдаются признаки общетоксического действия диоксина: потеря аппетита, физическая слабость, хроническая усталость, депрессия и катастрофическая потеря веса. К летальному исходу он приводит через несколько дней и даже через несколько десятков дней, в зависимости от дозы яда и скорости его поступления в организм.

В нелетальных дозах диоксин вызывает тяжелые специфические заболевания. У высокочувствительных особей первоначально появляется заболевание кожи — хлоракне (поражение сальных желез, сопровождающееся дерматитами и образованием долго незаживающих язв), причем у людей хлоракне может проявляться снова и снова даже через многие годы после излечения. Более сильное поражение диоксином приводит к нарушению обмена порфиринов — важных предшественников гемоглобина и простетических групп железосодержащих ферментов (цитохромов). Порфирия — так называется это заболевание — проявляется в повышенной фоточувствительности кожи: она становится хрупкой, покрывается многочисленными микропузырьками. При хроническом отравлении диоксином развиваются также различные заболевания, связанные с поражениями печени, иммунных систем и центральной нервной системы.

Все эти заболевания проявляются на фоне резкой активации диоксином (в десятки и сотни раз) важного железосодержащего фермента — цитохрома Р-448. Особенно сильно активируется этот фермент в плаценте и в плоде, в связи с чем диоксин даже в ничтожных количествах подавляет жизнеспособность, нарушает процессы формирования и развития нового организма, иными словами, оказывает эмбриотоксическое и тератогенное действие. В ничтожных концентрациях диоксин вызывает генетические изменения в клетках пораженных особей и повышает частоту возникновения опухолей, т.е. обладает мутагенным и канцерогенным действием.

В старых подшивках медицинских журналов можно найти сообщения о том, что в Уфе с 1964 по 1970 годы работал цех по производству гербицида, похожего на «эйджент орандж», и 128 человек из 165 работавших на производстве заболели неизвестной болезнью, по симптомам совпадающей с хлоракне, вероятно также из-за диоксинового отравления, но подробное изучение токсикологии диоксина и его поведения в окружающей среде в нашей стране не проводились. В последнее время считается, что проблемы со здоровьем участников вьетнамской войны с обеих сторон и их детей обусловлен не самим дефолиантом «эйджент орандж», а опять же диоксином, содержание которого в дефолианте составляло 0,0003%. Кажется, что такое содержание очень мало, но, если учесть, что за все время вьетнамской войны США распылили на вьетнамские джунгли 57 тысяч тонн дефолианта можно посчитать, что на землю Вьетнама попало 170 кг диоксина.

Севезо, которому достался «всего» килограмм диоксина, на многие годы после катастрофы стал городом-призраком, при ликвидации аварии с большой территории пришлось удалять поверхностный слой почвы, который был захоронен в бетонном саркофаге. Через год после утечки после ряда нападений были убиты глава службы здравоохранения Севезо и управляющий заводом в Меда. С 1981 по 1983 Icmesa выплатила компенсации пострадавшим семьям (по современным меркам более 10 миллионов евро), жители начали возвращаться в Севезо только в 1990-е годы, и сейчас мало кто из незнакомых с историей Севезо может представить, что под лесопарком Севезо захоронены те самые бетонные контейнеры с плодородным слоем почвы, содержащим смертельный диоксин.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s